Харитонов Николай Васильевич

Харитонов Николай Васильевич (1920-1988)

Николай Харитонов родился 1 января 1920 года в селе Пусто-­Ярославль Владимирской области. Рос в семье крестьянина. После окончания средней школы в 1935 году приехал в Москву, работал штукатуром на ТЭЦ. Начальные лётные навыки получил в аэроклубе.

      В Красной Армии с 1937 года. В 1940 году окончил Борисоглебское военное авиационное училище летчиков.

     С июня 1941 года на фронтах Великой Отечественной войны. Летая на «Як-1», сражался в небе Белоруссии в составе 521­-го авиаполка. Затем сражался с врагом в небе Минска и Вязьмы. На Западном фронте произвёл 125 боевых вылетов, имел 2 сбитых самолёта в паре. Был тяжело ранен и находился на излечении в госпитале.

     На Сталинградском и Донском фронтах старший лейтенант Харитонов совершил 72 боевых вылетов. Участвовал в 41 воздушном бою. К февралю 1943 года в воздушных боях сбил 7 самолетов лично и 7 ­ в группе. Дважды был ранен.

     К маю 1943 года произвел ещё 28 боевых вылетов, из них: на блокировку противника - 11, на охоту за транспортными самолётами - 6. Провёл 12 воздушных боев, в которых сбил лично 4 машины, в паре и группе - по одной.

     Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 мая 1943 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство старшему лейтенанту Харитонову Николаю Васильевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

     Войну заканчивал в составе 56­ гвардейского истребительного авиационного полка. Воевал на Курской дуге, под Минском и Брестом, Варшавой и Познанью, над Одером. Всего совершил свыше 300 боевых вылетов. Проведя 100 воздушных боев, довел счет побед до 23.

     После войны продолжал служить в ВВС. В 1955 году окончил Военно­-Воздушную академию. С сентября 1956 года являлся ответственным дежурным по командному пункту 29-й истребительной авиационной дивизии 29 воздушной армии Сахалина. С августа 1958 года был заместителем начальника штаба, начальником командного пункта 29 истребительной авиационной дивизии 1 Отдельной Дальневосточной армии. С 1960 года полковник Харитонов в запасе. Жил в Москве.

     Скончался 11 сентября 1988 года. Похоронен на Кунцевском кладбище.

     Награжден орденом Ленина, 2 орденами Красного Знамени, орденом Александра Невского, 2 орденами Отечественной войны 1-­й степени, орденом Красной Звезды и 10 медалями.

Из воспоминаний сослуживцев...

   Николай Васильевич Харитонов прошёл с боями от Москвы до Берлина. Не однажды горел в воздухе, был тяжело ранен, пропадал без вести, но неизменно возвращался в строй, садился в кабину истребителя и снова устремлялся на врага. Был в самом пекле многих воздушных сражений.

     Особенно запомнилось Николаю Харитонову 5 ноября 1941 года. Запомнилось потому, что в этот день он прошёл настоящее испытание на крепость нервов, выдержку и стойкость характера и достойно выдержал его.

     В Подмосковье была сплошная облачность. Вынырнув на своём «Яке» под нижнюю кромку облаков, Харитонов заметил большой транспортный обоз противника, двигавшийся к линии фронта. Не раздумывая, бросил самолет в атаку. Поражённые меткими очередями, вспыхнули головные машины. Движение колонны застопорилось. Враги в панике заметались. Не дав им опомниться, Николай развернул самолет и снова обрушил на колонну шквал огня. Третья, четвёртая атаки ­ пока не израсходован весь боезапас до последнего патрона. Враги заметались в панике. Движение колонны застопорилось. Новый шквал огня. И вот уже запылал обоз. Начали рваться боеприпасы...

     Задание было успешно выполнено. Но в этот момент из облаков на Харитонова свалились 2 «Ме­-109». Они прижали его к земле, знаками подали команду: «Следуй за нами».

     Харитонов только крепче сжал ручку управления и резко развернул свою машину вправо, навстречу врагу. «Только таран» ­ решил лётчик. Нажал на гашетку и отпустил её лишь тогда, когда «Мессер» задымил, а затем камнем устремился к земле. Но и «Як» Харитонова получил смертельную дозу свинца. Немец, шедший от него слева, успел выпустить длинную очередь. Николай с трудом вывел машину в горизонтальный полёт и, пользуясь низкой облачностью, оторвался от «Мессера». И только здесь он заметил, что горючее на исходе. К тому же самолёт почти не управлялся. Надо было срочно решать: выпрыгивать с парашютом или идти на вынужденную посадку.

    «Выпрыгнуть из самолёта невозможно, ­ размышлял лётчик. ­Малая высота. Не успеет раскрыться парашют. Посадить же истребитель в незнакомой местности ­ огромный риск. И всё же надо попытаться это сделать. Другого выхода нет».

     Харитонов полностью выбрал ручку управления на себя. Самолет плюхнулся на тонкие березы, которые смягчили удар. Лётчик потерял сознание. Очнулся он уже в госпитале, с перебитой у плеча рукой, со многими мелкими ранами на лице, груди и ногах.

     Николай Харитонов был молод, любил жизнь, своих товарищей. Находясь в госпитале, подолгу любовался восходом солнца, восхищался его закатом, много читал, мечтал. Он щедро делился с фронтовыми друзьями последним сухарем, последней папиросой, заветными мыслями.

     После госпиталя он снова активно включился в боевую работу, хотя ему предлагали отдохнуть, подлечиться. И надо было видеть, с какой яростью дрался Николай в небе над Сталинградом. Не спасали врагов от его огневых атак ни маневренность «Мессеров», ни броня «Фоккеров».

     Как ­ то раз в районе Сталинграда, когда советские войска добивали окружённую группировку врага, Николай Харитонов, подлетая к аэродрому Большая Россошка, заметил, как оттуда начал подниматься 4­-моторный «FW­-200». «Не уйдёшь!» ­ решил Харитонов и бросил свой «Як» в пике. Он выпустил пулемётную очередь, другую. На вражеском самолёте загорелся правый мотор, но машина всё ещё держалась в воздухе и продолжала уходить. Тогда Николай ударил по врагу всей огневой мощью своего истребителя и заставил его пойти на посадку.

     Позже выяснилось, что в самолёте находились высокие чины из окружения самого Паулюса, много крупных штабных и тыловых работников. И уже на другой день на гимнастёрке Харитонова засверкал орден Красного Знамени ­ первый из боевых орденов, полученный им с начала войны.

     Вскоре полк, в составе которого сражался Николай Харитонов, был преобразован в Гвардейский. Никогда не забыть лётчику вручение полку Гвардейского знамени. На лицевой стороне полотнища он увидел портрет Ленина, а над ним слова: «За нашу Советскую Родину!» Внизу надпись «СССР». На обратной стороне ­ золотая пятиконечная звезда.

     Вскоре такая же звезда украсила грудь и Николая Харитонова. 1 Мая 1943 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

     Получал награду в Кремле. Его вызвали в Москву с фронта. Ехал и волновался, собирался с мыслями, готовился к встрече с Михаилом Ивановичем Калининым. Думал, как подойдёт к нему, что скажет в ответ на вручение высокой награды. В Кремль явился пораньше. Предъявил документы. Прошёл в указанный зал. Увидел себя в большом зеркале во весь рост и ахнул. Как ни стирал в гостинице хлопчатобумажную гимнастёрку и брюки, выглядели они невзрачно: слишком уж вылиняли. Ещё хуже дело обстояло с сапогами. Кирза есть кирза, да к тому же потрескавшаяся. Никаким кремом не заставишь её блестеть. «Худо дело, герой», иронически улыбнулся Харитонов и сел на самый задний ряд мягких кресел. «Всё ­таки не на глазах буду торчать, ­подумал лётчик. Вызовут не первым. В общем потоке награждаемых, возможно и проскользну незамеченным».

     Однако всё оказалось наоборот. Награждаемых было совсем немного, человек 10, не больше: разведчики, моряки танкисты, пограничники и писатель Фёдор Гладков. Звезду Героя вручали только ему, Николаю Харитонову. Естественно, что в списке награждённых его фамилия стояла первой. Обращаясь к награждённым фронтовикам, Михаил Иванович сказал, что трудная у них дорога. Нет и не будет ещё долгое время покоя ни на земле, ни на море, ни в воздухе. И всё же завидна солдатская служба. Он, солдат, сражается за советскую Родину. «Смело идите навстречу врагу. Наше дело правое, победа будет за нами» ­так закончил свою краткую речь Калинин.

     Как -то раз перед вылетом на боевое задание ведомый Харитонова комсомолец Борис Баранов сказал: «Я люблю свою Родину. Готов отдать за неё свою кровь до последней капли. Пока дышу, буду уничтожать фашистских захватчиков».

     Боевые подвиги Харитонова ­ вершина силы человеческого духа. В его фронтовых делах, в подвигах его боевых друзей сконцентрировались сыновняя любовь к Родине, непоколебимая вера в правоту того дела, за которое они шли в схватку с врагом, соединились воедино отвага и дисциплина, честь и совесть советских патриотов.

Из воспоминаний сослуживца.

Харитонов Николай Васильевич
Харитонов Николай Васильевич
Харитонов Николай Васильевич
Харитонов Николай Васильевич
Харитонов Николай Васильевич
Герои Российской Федерации

Герои Российской Федерации

Гильдия кинорежиссеров России

Гильдия кинорежиссеров России

Военные конфликты

Военные конфликты

Военные преступления

Военные преступления

Крупнейшие Пожары

Крупнейшие Пожары